История эпоса в настоящей статье понимается как история формирования и внутреннего развития эпоса. Возникновение эпоса – результат работы многих поколений сказителей и слушателей. Но формирование связано с конкретным временем, когда все первоначальные элементы – мифы, исторические предания, конкретные исторические события – соединяются в едином эпическом произведении. В статье кратко характеризуются эти процессы. Автор четко разделяет возникновение мифов (доисторические времена) и формирование эпоса. Это связано с пониманием мифа и эпоса как взимосвязанных, но разных жанров фольклора. Миф занимает свое место в структуре эпоса, но в эпосе он преобразуется, развивается, получает эпические черты, теряя первоначальный вид. Рассматриваются также косвенные данные, сохранившиеся в книгах средневековых авторов и некоторые исторические факты, проливающие свет на проблему времени формирования «Давида Сасунского». В эпосе отец близнецов носит имя «Багдадский халиф». Но город Багдад основан в VIII в. нашего летосчисления, а титул «халиф» связан с созданием арабского государства, которое произошло не ранее VII в. Обращено внимание на то, как мифические герои принимают эпические черты, действуют по законам нравственности, связанным с христианством и средними веками. С этой точки зрения анализируются некоторые действия Санасара – главного героя первой ветви эпоса. На основании всего этого автор приходит к выводу, что традиционная в армянской науке точка зрения, что «Давид Сасунский» сформировался в VIII-XII вв., сохраняет свою справедливость.

В документах ЮНЕСКО, определение слова “safeguarding” акцентирует значимость мер, направленных на обеспечение устойчивого развития живых традиций, а не только деятельность по документальному описанию и общественному продвижению традиций в их устоявшихся формах. К сожалению, термин safeguarding не имеет адекватного эквивалента в русском языке. При попытках его перевода используются узкие понятия хранение и защита, в результате чего утрачиваются оттенки более важных ценностей, выраженных в тексте Конвенции об охране нематериального культурного наследия – ценностей, среди которых особую роль играют жизнеспособность творческого начала и устойчивая его передача из поколения в поколение. Данная проблема с переводом привела к общему недопониманию целей ЮНЕСКО по отношению к угасающим традициям, что в свою очередь повлияло на Государственную целевую программу Якутии по сохранению, изучению и распространению героического эпоса олонхо в части распределения бюджетных средств, стратегического планирования и эффективной поддержки носителей традиции.

Согласно документации ЮНЕСКО, полноценное понятие слова safeguardingподчеркивает непрерывное перевоплощение, эволюцию и передачу традиции, помимо ее сохранения. Без постоянного творчества в рамках живого культурного самовыражения, «генетический материал» традиции, включая соответствующие знания, навыки и смыслы, терпят ущерб. В результате в ходе культурной трансляции во времени передается статический материал – конкретные, затвердевшие формы, «дальние родственники» изначального явления. В эпосе олонхо эти «родственники» являют собой театральные презентации, зачитанные по памяти сюжеты, фильмы, книги и другие итерации традиционного сольного исполнения сказаний олонхо мастерами-олонхосутами.

Основываясь на экологическую модель теории резильянса (упругости) и утверждая способность этой теории содействовать возрождению угасающих традиций, в докладе предпринимается попытка адекватного понимания термина safeguarding и предлагаются меры, с помощи которых Государственная целевая программа Якутии по сохранению, изучению и распространению олонхо сможет точнее соответствовать рекомендациям Конвенции ЮНЕСКО по охране нематериального культурного наследия. К примеру, одна из рекомендаций ЮНЕСКО по возрождению исчезающих традиций заключается в продвижении программ и мер поддержки мастеров-носителей, которых ЮНЕСКО относит к категории “living human treasures” («живых человеческих сокровищ»). Высокие стандарты для подобных мастеров-исполнителей требуют не только совершенства в соответствующем жанре, но и способности передавать культурное наследие ученикам. Этот центральный принцип ЮНЕСКО по передаче наследия оказался слабым звеном в работе по возрождению эпоса олонхо, и, в качестве ключевого фактора в процессе “safeguarding”, заслуживает большего внимания. В ходе первой «Декады Олонхо» небольшое число исполнителей эпоса были официально признаны мастерами-олонхосутами. Однако к концу десятилетия ни одного из них уже не было в живых. Для того, чтобы адекватно отнестись к процессу передачи наследия, прописанному в государственной Целевой программе Якутии, предлагается найти и поддержать новых мастеров-олонхосутов и предоставить им средства и возможности для передачи живой традиции олонхо следующим поколениям.

В статье рассматривается один из вопросов практики фольклористического перевода – возможность и необходимость ритмизации перевода народного эпоса. В работах по теории перевода фольклора этот вопрос не изучается, поскольку традиционно при переводе фольклорных образцов упор делается на передачу смысла, а форма текста всегда играет подчинённую роль. Не оспаривая этот подход, мы в настоящей статье предлагаем несколько расширить его, пользуясь гибкостью русского языка для придания хотя бы некоторой ритмической равномерности тексту перевода. Эпический текст есть всегда текст поэтический, и грубая неоднородность, разнобой в длине и ритмике строк перевода мешает передать даже приближённо эстетическое впечатление от памятника народной поэзии.

Материалом для исследования служат тома серий «Эпос народов СССР» и «Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока», а источник примеров – перевод бурятского героического сказания (улигера) «Осоодор Мэргэн», который готовится к изданию в томе «Бурятский героический эпос. Осоодор Мэргэн. Тонохойн Ганса Толэй» серии «Памятники…». Автор статьи – редактор перевода этого тома, поэтому примеры взяты из реальной практики перевода и редактирования.

Описаны несколько приёмов достижения ритмической равномерности текста перевода. Перестановка слов в строке, несмотря на свою простоту, позволяет добиваться гладкого, ритмичного звучания строки, исключать стечение безударных слогов и неудобные сочетания звуков на стыках слов. Варьирование словоформ, никак не изменяя смысла строки, помогает добавлять недостающие или исключать лишние слоги. Подбор синонимов к словам, входящим в строку, позволяет добиваться большей точности передачи параллельных конструкций и организует общий ритм в блоках строк. Добавление личных местоимений, необходимое в русском языке при любых формах глаголов прошедшего времени и почти при всех формах других времён, помогает добавлять в строку недостающие слоги. В работе использован метод сопоставительного анализа. Проведённое исследование показывает, что некоторая (не во всех случаях) ритмизация строк в переводе эпоса достижима и нужна.

Башкирский фольклор – это богатое наследие народа, передававшееся от поколения к поколению, как незаменимый источник знаний. В произведениях устно-поэтического творчества башкир в художественной форме нашли отражения история, верования, быт, обряды, обычаи и др. явления из жизни народа. Фольклор служит бесценным источником изучения многих аспектов духовной культуры. В нынешние время все более возрастает интерес к народному творчеству. Активно продолжается работа по их поиску, сбору и исследованию. Полевые материалы – это основа любого теоретического труда, это экспериментальная площадка, дающая ученому не только новый материал, но и новые идеи и импульсы. Поэтому для современного исследователя, как в России, так и за рубежом, полевая работа является важнейшей составляющей его профессиональной деятельности, а также значимой деятельностью в сфере этнического самосознания. В настоящее время еще вполне реально записать редко исполняемые народные протяжные песни, баиты, мунажаты, такмаки, народные игры, обряды, продолжают бытовать предания и легенды, реже встречаются эпосы, былички, сказки. Статья посвящена изучению современного состояния башкирского народного эпоса по материалам фольклорных экспедиций. Цель статьи: на основе экспедиционных материалов ХХI в. показать сохранность эпического наследия и передача устной традиции башкирского народа. По словам автора, эпическое творчество находится на грани исчезновения, в памяти народа в основном остались лишь отдельные сведения, и информанты передают сюжет произведения только несколькими фразами. И эпические произведения невозможно теперь записать даже в местах их предполагаемого создания.

Изучая современные полевые материалы, автор приходит к выводу, что в настоящее время информанты чаще всего вспоминают, пусть и эпизодически, неполно, сюжет эпосов «Заятуляк и Хыухылу», «Кузыйкурпяч и Маянхылу», «Алпамыша», «Урал-батыр». Но, произведения в современных условиях постепенно утратили стихотворную форму и функционируют в основном как прозаические произведения.

Благодарности: Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ и Республики Башкортостан в рамках научного проекта № 17-14-02602 «Экспедиционный выезд в Стерлибашевский район РБ».

В данной статье автор раскрывает особенности кыргызского эпического наследия Манас, а также вклад кыргызского народа в эпическую сокровищницу мировой культуры. В этом контексте следует отметить, что, развивая свой национальный эпос Манас, дополняя и совершенствуя его из века в век, сохраняя и пестуя его в устной форме, как живой одухотворенный шедевр на протяжении столетий, кыргызский народ продемонстрировал феноменальную поэтическую одаренность и заслуживает глубокого изучения и достойной оценки за свой вклад в эпическое наследие цивилизации вообще. Помимо грандиозного эпоса «Манас» кыргызским народом создана целая галерея других эпосов, кыргызских малых эпосов насчитывается около 30, а сам эпос «Манас» имеет более 80 вариантов. Помимо этого, в кыргызском наследии имеются более 1000 различных мифов, легенд и преданий. Автор подчеркивает, что причина этого явления в том, что кыргызы и в XXI в., несмотря на давно минувшие эпические времена, остаются этносом с эпическим менталитетом. Иными словами, история, философия, мышление, культура, мировоззрение, образ жизни, быт, характер и даже религиозные воззрения кыргызов в определенной мере остаются такими, какими они были в эпоху создания и развития эпосов. И все эти эпические особенности кыргызского народа во многом обусловлены важными факторами как эпическое пространство, эпическое время, эпический язык и эпическое сказительство (манасчылык). Кыргызы, не подчиняясь общепринятым канонам мировой цивилизации, мировой культуры и мировой литературы продлевают эпоху полноценного существования своего национального эпоса, а вместе с ним и эпичность своего современного состояния. Поэтому, в этой связи эпос «Манас» является феноменом мировой цивилизации не только по своим размерам, контенту и вариативности, но и абсолютным рекордсменом по продолжительности процесса возникновения, становления и развития эпоса во времени.

Понятие «иччи» в самом широком и глубоком смысле этого слова в якутском языке означает «сущность», природу, содержание вещей, явлений окружающей действительности. Именно внутренняя сущность, природа, содержание любой вещи определяет все его возможные связи и отношения со всеми остальными вещами. В якутской мифологии эта иррациональная, своевольная, активная, идеальная сущность вещи и является полновластным повелителем, хозяином, иччи всех ее внешних видимых проявлений. Всякая живая вещь внутри себя содержит иччи. Поэтому понятие «иччитэх» в якутском языке означает внутреннюю пустоту, отсутствие иччи. Следовательно, понятие «иччи» является образным обозначением, выражением абстрактного понятия «сущность». В якутской мифологии и героическом эпосе олонхо некоторые иччи представляли в виде антропоморфных, зооморфных и иных существ. Эти существа наделяли разумом и способностями к различным эмоциям, осознанным поступкам и действиям. Именно эти существа в якутской мифологии и олонхо образуют особый род существ, которые однозначно невозможно отнести ни к роду добрых или к роду злых существ. Эти, чаще всего, антропоморфные и зооморфные существа в литературе обозначаются понятием «духи-хозяева» или «иччи» вещей, явлений, определенных мест.

Следует отметить, что в литературе пока нет полной и общепринятой классификации духов-хозяев, иччи. Не существует и специальной, обстоятельной монографической работы по этой проблеме. Автор, прежде всего, опирался на работы В. П. Трощанского, В. М. Ионова, В. Л. Серошевского, Э. К. Пекарского, А. Е. Кулаковского, П. А. Ойунского, Г. У. Эргис, А. И. Гоголева, Н. А. Алексеева. Принято считать, что иччи обитают только в Среднем мире, однако во многих текстах якутского олонхо они являются обитателями и Нижнего, и Верхнего миров. Автор приводит конкретные примеры в пользу данного тезиса.

В работе подробно рассматриваются некоторые наиболее важные иччи природных явлений, предметов, местностей Среднего мира. В отдельных случаях проведен сравнительный анализ представлений якутского олонхо с некоторыми воззрениями эпических произведений хакасского и башкирского народов по этой проблеме.

Благодарности: Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта №15-04-00496 (а).

Актуальность работы связана с необходимостью расширения горизонта понимания поэмы Гоголя. Целью работы является уточнение представлений об отношении Гоголя к Гомеру. Работа основывается на принципах герменевтики и исторической поэтики. Выстраивая в начале 1830-х гг. теорию «современного эпоса», В. Кюхельбекер не мог принять «переворачивание» – при определенном историальном продолжении – архаического эпоса, наблюдаемое им у Байрона и Пушкина. Однако Гоголь, декларируя в «Выбранных местах» необходимость следования Гомеру, не отбросит байроновский и пушкинский путь. Фигура Одиссея давно внесена в число возможных параллелей к образу Чичикова. Интроспекции в «Одиссее» меньше, чем в «Мертвых душах», где внутренний мир Чичикова нередко открывается читателю самим же героем. А. Зайцевым показано, что герои гомеровского эпоса совершают свои поступки не столько по велению богов, сколько по свободе воли. Данная дилемма: свобода воли или принуждение Бога – актуальна также для «Мертвых душ». В первом томе Гоголь напишет о «прирожденных» «страстях», незримо ведущих человека к истине. Тем самым признается водительство героев, какими бы те ни были, Богом. Однако в последующем Гоголь откажется от данной идеи из-за того, что она оправдывает в личности также негативное. В связи с дилеммой свободного выбора или некоего принуждения возникает ассоциация к птице-тройке как «модификации» гомеровских сирен из «Одиссеи» – полуптиц-полуженщин, зачаровывающих своим пением путников, вольных поддаться ему или нет. У Гоголя манифестируется в большей мере позднейшая трактовка «сладкоголосых мудрых сирен», создающих «своим пением величавую гармонию космоса». Переклички между «Одиссеей» и «Мертвыми душами» существуют на уровне конкретных образов (птица-тройка как модификация гомеровских сирен) и поэтики в целом (определенная родственность в жанровом плане), а также на уровне поднимаемых авторами общих проблем теологии и метафизики (вопрос о свободе воли или божественном принуждении).

В данной статье рассмотрены образы главных героев в текстах олонхо северо-восточной традиции. Образ главных героев изучен в сравнительно-сопоставительном плане с текстами эпосов родственных тюркских народов Средней Азии и Сибири. Главные герои данных эпосов представляли собой образ идеального человека. Богатыри-воины были предназначены стать защитниками не только племен, но и своих народов и родины. Главный герой якутского олонхо имел божественное происхождение, идеальные внешние данные, высокие моральные качества, большую силу и рост, обладал ловкостью, настойчивостью и упорством. Он был защитником племени айыы. Для выявления образа главного героя в текстах олонхо северо-восточной региональной традиции были проанализированы собственные имена, характеристика и описания богатырей айыы. Анализ имен главных героев олонхо северо-восточной традиции выявил тот факт, что имена главных героев 8 текстов олонхо (57%) северо-восточной традиции не имеют показателей богатырства. Автор считает, что большая половина главных героев не являются богатырями. Главные герои исследуемой традиции были защитниками своей семьи. Они наделены следующими качествами как гордость, настойчивость и упорство. В образе главного героя можно найти черты богатыря-охотника. Богатыри исследуемой традиции, в отличие от богатырей других традиций отличались меткостью и зоркостью, теми чертами, которыми владели именно охотники. Они обладали силой волшебных превращений. Магическая сила и перевоплощение главного героя также считается архаической чертой эпоса. Главные герои изучаемой традиции не наделены высокими нравственными качествами. Они владели такими качествами как вспыльчивость, грубость, жестокость, беспощадность, суровость. В 13 текстах (92,8 %) из 14 отсутствует полная портретная характеристика главного героя. Частичные описания портрета главных героев найдены только в 2 текстах олонхо. В 11 текстах полностью отсутствуют описания главных героев. Автор делает вывод, что в рассматриваемой традиции портретная характеристика главных героев еще не выработана.

Благодарности: Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 16-06-00505 а.

В современных глобализационных процессах социокультурное развитие общества опирается на двух основополагающих принципах, толерантности и диалогичности полиэтнических культур. Подобный концептуальный подход делает возможным паритетное развитие и сосуществование различных теоретических систем, в т. ч. и различных этноэтических парадигм. В целом же существует диалог культур, что служит основанием ее единства, предполагающий духовно-нравственный обмен между этносами и позволяющий раскрыть их единичные и общие стороны.

Изучение и исследование духовного наследия предыдущих поколений это необходимое условие для проецирования «новой» единой и неразрывной культуры человечества настоящего времени. В данной статье на основе морально-нравственных понятий и категорий была проведена попытка проанализировать отдельные образы, значения присущие герою кыргызского эпоса. Однако, кроме социоэтических атрибутов конкретного героя, в эпосах есть и множество других эпитетов: художественных образов, понятий, например: «бата», «алкыш» – благословление, благожелательные напутствующие слова. Подобные дефиниции при построении сфер и сторон моральных ценностей этноса могут стать понятийно-категориальным аппаратом метода исследования не только эпосов, но и всего фольклорного жанра. Актуальность изучения эпоса «Манас» существовала всегда, и выявление этноэтических понятий в произведении это одна из направлений исследования. Целью данного исследования является морально-нравственное осмысление природы этноэтических понятий. Для достижения данной намеченной цели ставятся следующие задачи:

– раскрыть принципы развития нравственных парадигм в художественных произведениях;

– показать своеобразие нравственных понятий на основе духовной культуры.

Методологической базой исследования являются общенаучные методы познания, а также ряд частнонаучных методов: историко-логический, системный, компаративный, а также работы известных отечественных и зарубежных исследователей, посвященные различным проблемам культуры, фольклора, этики и философии. Эти методологические основания позволили конкретизировать научно-исследовательский подход к задачам изучения нравственности и культуры и одновременно интерпретировать их в глубокой связи друг с другом.

Настоящая работа актуальна, поскольку посвящена разработке философских оснований героического эпоса олонхо. Две с половиной тысячи лет тому назад универсальность древнегреческого мифа послужила одной из основных причин возникновения философии. В современном мире возникла не менее острая потребность в универсализме, которая привлекает для своего обоснования науку, философию, литературу, мифологию и др. сферы человеческого духа.

Цель предлагаемого подхода – сделать процесс исследования более прозрачным, для чего следует рассмотреть произведения олонхо с точки зрения предельных фундаментальных динамических равновесий. Это возможно, поскольку олонхо само тяготеет к предельным равновесиям. Традиционно в героическом эпосе исследуются сюжеты, фабулы, стиль, образы героев, однако многие из этих понятий определены не достаточно четко, перекрывают друг друга, что усложняет научную работу с текстами.

Методология опирается на идеи М. М. Бахтина об отстраненном взгляде на процесс исследования текста и на авторскую концепцию системы координат на основе трех взаимосвязанных предельных динамических равновесий. Это соответствует современным воззрениям об архитектонике, образе и стиле.

В итоге архитектоника определяется как один из элементов фундаментальной триады «образ-архитектоника-стиль», которые связаны с предельными равновесиями идентификации, коммуникации и ритмов мировой гармонии и имеют широкое распространение среди природных и культурных объектов. Этот подход формирует различные структуры и системы архитектоник. Определяемая таким образом архитектоника способна вобрать в себя все разнообразие эпических формул, запевов, прилагательных, эпитетов, а также все возможные варианты развития сюжета, мотивов, которые предоставляет нам сам процесс, создаваемый олонхосутами. Предложенное представление об архитектонике эпоса ориентировано на эйдос. Исследование олонхо на основе логоса бесперспективно, поскольку это подход безликих схем, которые не способны передать все разнообразие и сложность процесса создания конкретного варианта олонхо и разнообразия возможных его философских интерпретаций.

По утверждению некоторых ученых, одним из первых народов, построивших на Земле самых ранних цивилизаций, был арийский народ. Именно арии распространили пути создания цветущих обществ на другие народы и страны Азии, Европы. Затем образцы арийской цивилизации охватили и другие континенты мира. В мировой науке есть мнение о том, что арии являлись родительским народом, от которого произошли другие народы Земли. Идеями создания, цветущего цивилизованного общества были одержимы передовые умы человечества во все эпохи, особенно со времени возникновения важнейшего политического института – государства. Выдвигались проекты, писались программы, законы, которые должны были возвысить человека духовно, улучшить его нравственные качества. Они были посвящены главному вопросу – как быть человеку Человеком, как построить общество, государство на началах совершенства. Этими проблемами были озабочены первоначально национальные, а затем и мировые религии.

В этом контексте следует отметить определение арийского пути, названного умеренным, средним путем между крайними появлениями человеческих поступков. Его смысл – не потворствовать бездумным желаниям и умерщвление плоти. Средний путь это: убеждения, устремления, речи, поведение, образ жизни, усилия, образ мыслей, наслаждение в правильном ключе. Указаны и три божественные заповеди, ведущие к прекрасному, высшему миру – самообуздание, самопожертвование, совестливость. Думается, что эти свойства являются решающими во все времена истории человечества, поскольку если перевести на более понятный язык, это – нравственное совершенство, первостепенность духовного, хотя роль материального не игнорируется.

В реальной жизни многое иначе. Древние греческие оракулы отмечали, что на Земле плохих людей намного больше, чем хороших. Это касается и современного мира, где еще нет хотя бы одного общества, в котором все население достигло полного совершенства, где хотя бы одно государство имеет самые лучшие свойства, где все люди заботились бы прежде всего о нравственном, духовном совершенстве, а не гонялись бы за материальным богатством.