ЦЮЙ ЮНСЯНЬ – доктор права, младший научный сотрудник, Институт этнической литературы Китайской Академии социальных наук
Пекин
QU Yongxian – Doctor of Law, Associate Researcher in the Institute of Ethnic Literature, Chinese Academy of Social Sciences
Beijing
Появление буддизма Тхеравады повлияло на оригинальные повествования о происхождении риса среди этнических групп, таких как Дай, Деанг и Буланг. В эпосах о сотворении трех этнических групп есть богатые повествования о происхождении риса. Целью этой статьи является изучение того, как зарождающийся буддизм позволил трем различным этническим группам с разными языками, культурами и историческим прошлым поделиться некоторыми схожими повествованиями о происхождении риса.
Используя такие методы этнографических полевых исследований, как включенное наблюдение и индивидуальные интервью с сельскими жителями, сбор информации и сравнение устных и письменных рассказов для анализа, мы пришли к результатам о том, что у них есть некоторые общие черты, проявляющиеся в основном в трех аспектах: во-первых, эти этнические группы имеют общие черты в своих повествованиях о происхождении риса, включающие многочисленные элементы буддизма. Буддизм адаптировал эти повествования, заменив словарный запас и трансформировав концепции, наполнив их сильными буддийскими элементами. Во-вторых, появился новый тип повествования, в котором бог риса борется с Буддой и в конечном итоге уходит в Темный мир, а затем Будда возвращает его обратно. Тема бога риса против Будды отражает историческую борьбу между двумя религиями. Между тем, тема ухода бога риса в Темный мир и его возвращения по сути служит метафорой прорастания и роста семян в почве, представляя собой уступку, сделанную буддизмом поклонению местным верованиям. В-третьих, буддизм активно участвует и пропагандирует выращивание риса, например, монахи читают Бу Хуанхао, чтобы попросить благословения на урожай, и совершают такие ритуалы, как мытье пагод Будды, чтобы помолиться о дожде. В заключении отметим, что появление буддизма существенно повлияло на местные повествования о рисе, отражая конфликты и возможное примирение между богом риса и Буддой, а также борьбу и компромисс между традиционными верованиями и новым буддизмом.
The introduction of Theravada Buddhism has influenced the original narratives of rice origins among ethnic groups such as the Dai, De’ang, and Bulang. There are rich rice origin narratives in the creation epics from the three ethnic groups. This article aims to explore how the incoming Buddhism has enabled three distinct ethnic groups with different languages, cultures, and historical backgrounds to share some similar narratives of rice origin.
Taking the ethnographic fieldwork methods, involving participant observation and individual interviews with villagers, to collect and compare both oral and written narratives for analysis, the findings reveal that they share some familiar primarily manifested in three aspects: firstly, these ethnic groups share commonalities in their rice origin narratives, incorporating numerous elements of Buddhism. Buddhism has adapted these narratives by substituting vocabulary and transforming concepts to infuse them with strong Buddhist elements. Secondly, a new type of narrative appeared, where the rice god contends with Buddha and ultimately departs to the Dark World and then be brought back by Buddha. The theme of rice god versus Buddha mirrors the historical struggle between two faiths. Meanwhile, the theme of rice god’s departure to the Dark World and return fundamentally serves as a metaphor for seed germination and growth in the soil, representing a concession made by Buddhism to the worship of the indigenous beliefs. Thirdly, Buddhism actively participates in and promotes rice cultivation, such as monks reciting the Bu Huanghao to request blessings for crop growth, and performing rituals like washing Buddha pagodas to pray for rain. In conclusion, the introduction of Buddhism has significantly influenced local rice narratives, reflecting the conflicts and eventual reconciliation between the rice god and Buddha, as well as the struggle and compromise between traditional beliefs and incoming Buddhism.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.